Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
Н / Нина Федорова /
Семья



домой.
На звонок Лида открыла ему дверь. Случайно бросив взгляд через его плечо, она вдруг всплеснула руками и вскрикнула:
- Боже, какой свет! Какая красота!
Профессор обернулся, но не увидел нигде света.
- Лида, о чем вы говорите? - спросил он почти испуганно.- Где вы видите свет?
- Там - смотрите! Какой закат! Какое сияние!
- Где?
- Да вон там! Видите эту пламенеющую полосу неба, и от нее лучи!
Профессор смотрел, куда она показывала, но не видел там ни сияния, ни света. То, что он видел, были темное низкое небо и свинцово-фиолетовая туча, тяжело опускающаяся на горизонт.
- Как пламенеет! - шептала Лида.
Профессор понял. Уж если он не видел света и сияния там, где другие его видели, это был его конец. Важен не факт - был ли действительно там свет. Важно то, что он пытался увидеть его глазами Лиды, глазами молодости и идеализма,- и не мог. Но он не был из тех, кто разбивает чужие иллюзии. Он ответил Лиде:
- Да, это было прекрасно.
В своей комнате он отдался своим новым мыслям. Он покинул Утопию, а кто покидает ее, тот покидает ее навсегда. Там оставалась теперь только Лида.
Анна Петровна подошла к нему и осторожно сняла с него пальто и шляпу - он забыл о них. Он сказал ей:
- Глядя на воронов, я понял впервые, какое счастье, что я не был вороном, Аня, я не клевал ничьих трупов. Я не летал на поля сражений, чтобы питаться от них. Аня, мой ангел, какое счастье не быть палачом!
Взволнованная, она пыталась расспросить его. Из всего, что она узнала, ее особенно поразило, что он был на японской концессии. Это значило, что его уже нельзя было отпускать из дома одного.
В ту же ночь он долго сидел и писал.
МОЕ ЗАВЕЩАНИЕ
"После долгих лет жизни я приближаюсь к моему концу. Путь оказался несложным. Пройдя через все виды человеческих отношений, видев так много людей, так много стран, прочитав так много книг, исследовав, обдумав, изучив так много фактов и явлений, быв сыном, отцом, мужем, учеником, учителем, ученым, судьей, узником, путешественником, писателем - имев все это и все потеряв или оставив по дороге, я нахожу себя сейчас в первичном состоянии человека (как начал Адам): я и моя жена.
Тебе, Аня, половине моей сегодняшней вселенной, я обращаю это завещание. Смотрю вокруг, и не вижу около себя больше никого. Все исчезло, как дым, растаяло, как тень, и только ты, мой кроткий спутник, осталась до конца со мной. Я увидел тебя впервые в твоем отчем доме, в покое и в роскоши. Посреди цветов твоего сада ты мечтала о счастье. Я взял твою руку и обещал тебе счастье. Из твоего мира цветов и музыки, из мира красоты и радости я вел тебя годы через бедность, горе, отчаяние, заботы, болезни, печали - прямо сюда, в пансион 11. Со мной ты узнала все: слезы, печаль, унижение, страх, лишения, голод и холод - все, Аня, кроме обещанного тебе счастья. Но ты никогда не упрекнула меня ни словом, ни взглядом. С того дня, когда ты протянула мне твою маленькую дрожавшую руку, до сегодня ты была неизме











Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.