Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
Ш / Шарль Бодлер /
Цветы зла



ры достигнув зрелой, В изнеженность и мощь их бархатного тела, В их чуткость к холоду и домоседный нрав.
Покоем дорожа и тайными мечтами, Ждут тишины они и сумерек ночных. Эреб в свой экипаж охотно впрег бы их, Когда бы сделаться могли они рабами!
Святошам и толпе они внушают страх. Мечтая, вид они серьезный принимают Тех сфинксов каменных, которые в песках
Неведомых пустынь красиво так мечтают! Их чресла искр полны, и в трепетных зрачках Песчинки золота таинственно блистают.

LXVI. СОВЫ
Где тисы стелют мрак суровый, Как идолы, за рядом ряд, Вперяя в сумрак красный взгляд, Сидят и размышляют совы.
Они недвижно будут так Сидеть и ждать тот час унылый, Когда восстанет с прежней силой И солнце опрокинет мрак.
Их поза - мудрым указанье Презреть движение навек: Всегда потерпит наказанье
Влюбленный в тени человек, Едва, исполненный смятений, Он выступит на миг из тени!

LXVII. ТРУБКА
Я - трубка старого поэта; Мой кафрский, абиссинский вид, - Как любит он курить, про это Без слов понятно говорит.
Утешить друга я желаю, Когда тоска в его душе: Как печь в убогом шалаше, Что варит ужин, я пылаю,
Сплетаю голубую сеть, Ртом дым и пламя источаю И нежно дух его качаю;
Мне сладко сердце в нем согреть И дух, измученный тоскою, Вернуть к блаженству и покою.

LХVIII. МУЗЫКА
Порою музыка объемлет дух, как море:
О бледная звезда, Под черной крышей туч, в эфирных бездн просторе,
К тебе я рвусь тогда; И грудь и легкие крепчают в яром споре,
И, парус свой вия, По бешеным хребтам померкнувшего моря
Взбирается ладья. Трепещет грудь моя, полна безумной страстью, И вихрь меня влечет над гибельною пастью,
Но вдруг затихнет все - И вот над пропастью бездонной и зеркальной Опять колеблет дух спокойный и печальный
Отчаянье свое!


LХIХ. ПОХОРОНЫ ОТВЕРЖЕННОГО ПОЭТА
Когда в давящей тьме ночей, Христа заветы исполняя, Твой прах под грудою камней Зароет в грязь душа святая,
Лишь хор стыдливых звезд сомкнет Отягощенные ресницы - Паук тенета развернет Среди щелей твои гробницы,
Клубок змеенышей родить Вползет змея, волк будет выть Над головою нечестивой;
Твой гроб cберет ночных воров И рой колдуний похотливый С толпой развратных стариков.

LXX. ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ГРАВЮРА
На оголенный лоб чудовища-скелета Корона страшная, как в карнавал, надета; На остове-коне он мчится, горяча Коня свирепого без шпор и без бича, Растет, весь бешеной обрызганный слюною, Апокалипсиса виденьем предо мною; Вот он проносится в пространствах без конца; Безбрежность попрана пятою мертвеца, И молнией меча скелет грозит сердито Толпам, поверженным у конского копыта; Как принц, обшаривший чертог со всех сторон, Скача по кладбищу, несется мимо он; А вкруг - безбрежные и сумрачные своды, Где спят все древние, все новые народы.

LXXI. ВЕСЕЛЫЙ МЕРТВЕЦ
Я вырою себе глубокий, черный ров, Чтоб в недра тучные и полные улиток Упасть, на дне стихий найти последний кров И кости простер











Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.