имной лести, - Благопристойно, словно в час молитвы, Мы пили скверну в чаше изобилья; Не признавая ничьего господства, Мы торговали жизнью и свободой
Несчастных, как на ярмарке! Слова Христовы, что еще могли бы Пресечь погибель, сказанные мудро, Бормочутся людьми, чей самый голос Твердит, как им их ремесло постыло, Иль зубоскалами, которым лень Признать их ложью иль постичь их правду.ть их ложью иль постичь их правду. О богохульство! Книга Жизни стала Орудьем суеверия; на ней Лепечут клятвы, с мыслью их нарушить; Должны все клясться - все, повсюду, в школе, На пристани, в совете, на суде; Все, все должны - мздоимец и мздодатель, Купец и стряпчий, пастор и сенатор, Богатый, бедный, юноша, старик; Все, все готовы к вероломству, веру Призвав на помощь; имя божье стало Фиглярским заклинаньем; и, ликуя, Из своего угрюмого гнезда (Зловещий облик!) Филин Атеизм, Взлетев на мерзких крыльях, белым днем, Смыкает веки с синими краями И, чуя солнце царственное в Небе, Взывает: "Где оно?"
Ценить отвыкнув Мир, огражденный флотом и морями, Не зная бранной жизни, мы любили Будить войну, увлечены войной! Увы! не ведав, в ряде поколений, Ее злосчастий (голода, чумы, Осад, сражений, бегства в снег и в стужу), Мы, всем народом, требовали громко Войны и крови; буйная забава, Нам, зрителям, она была приятным Предметом для бесед. Не помышляя О нами не испытанных невзгодах, Не думая о случае, хоть он Настолько темен, что нельзя найти Ему причины явственной, - повсюду (Снабдив велеречивым, предисловьем И призывавьем бога в небесах) Мы слали повеленья умереть Десяткам тысяч! Юноши, и девы, И женщины, что плачут, если лапку Сломать жуку, читают про войну - Излюбленная к завтраку приправа! Несчастный, знающий слова святые Лишь по божбе, умеющий едва Призвать благословение господне, Становится витией, знатоком Механики побед и поражений, Всех терминов науки об убийстве, Которые мы бегло произносим, Как отвлеченья, как пустые звуки, Что не родят ни образов, ни чувств! Как будто павший воин не был ранен; Как будто ткань богоподобной плоти Рвалась без муки тягостной; как будто Несчастный,легший на кровавом поле, Был не убит, а вознесен на небо; Как будто мертвого вдова не кличет И бог не судит! Потому идут На нас дни бед, сограждане мои! Что, если отомщающий, всесильный, Всем воздающий промысл нам откроет Смысл наших слов, заставит нас постичь Безумие и пустоту всех наших Жестоких дел?
О, не спеши карать, Отец небесный! Не спеши карать нас! Не дай изведать нашим женам бегство, Под непосильным бременем малюток, Любимых деток, что вчера смеялись У их груди! Мужья, сыны и братья, Покоившие нежный взгляд на тех, Кто с вами рос у очага родного, Вы все, внимавшие субботним звонам Не с мертвым сердцем, станьте ныне чисты! Вперед! как мужи! отразить врага Безбожного, пустой, но злобный род, Который честь поносит, сочетая С убийством радость; и, суля свободу, Сам слишком чувственный, чтоб быть свободным, Свет жизни гасит, убивает в сердце Надежду, веру, все, что утешает, Что