Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
Д / Дидерик Йоханнес Опперман /
Ночной дозор



перископ глядит, выжидая:

быть может, под пасмурной пеленой
наконец предстанет жадному взору
город, неведомый, но родной,
обнявший плосковершинную гору...

Прежде, чем день, разлившись вокруг,
наполнит воздух жаркой одышкой,
по лестнице Йорик выходит в люк,
прорезиненный сверток держа под мышкой.

На мостике с ним остается вдвоем
Мануэл, воитель худой и упрямый,
от багра и копий на теле чьем
в пяти местах глубокие шрамы.

- Готовься снова увидеть нас,
не зная ни мига, ни дня, ни года:
никто не в силах предвидеть час
прихода нашего и ухода.

Бестрепетно и терпеливо жди:
момент любой для нас одинаков.
Помни о нас постоянно среди
предвестий, примет и условных знаков.

Вот карта тебе - ты уходишь в бой,
надежда - на разум, на глазомер твой;
как я когда-то, теперь собой
во имя цели твердо пожертвуй.

Потом сирена, как зверь, ревет,
и голос ее монотонный страшен
над рябью свинцовой прибрежных вод;
вот - город, с тысячью зданий, башен,

с шумом моторов, с шорохом шин;
и вот, покинутый на дороге
с картой и свертком, в толпе - один,
человек исчезает в тумане, в смоге.

2. ФОТОКАМЕРА

Из гостиницы он выезжает с утра,
в окнах автобуса видит вскоре
мир, который ему открывать пора:
Львиную Голову, Взгорье, море.

Город террасами вверх ползет,
желтым и красным испятнана круча,
костистой громадой глядит в небосвод
Горы Столовой белая туча.

За стеклами - нематерьяльный вид,
изменчивых образов вереницы:
время безвременьем стать норовит,
пространство утрачивает границы.

Пик Дьявола, рвущийся в высоту;
Йорик думает, что едва ли
так уж уютно меж труб в порту
Яну ван Рибеку на пьедестале.

"Форт, не подвластный жадным годам,
пять сверкающих бастионов:
Катценеленбоген, Оранье, Лердам,
Нассау, Бюрен, - над осыпью склонов

восставшие, венчая собой
конечный выступ скальных нагорий, -
звезда, возожженная борьбой
новодостигнутых территорий".

Старый Рынок, запахами дразня,
зелеными грузовиками запружен -
из Танца-Волчонка, из Утешь-Меня,
из Драконова-Камня, из Жемчужин.

На прилавках коричневых продавцов
куркума, салат, помидоры с грядки,
пирамиды яблок и огурцов,
а вот - антилопа! вот - куропатки!

Цокот копыт, скрежет колес;
малаец необычайного вида
дудит в рожок и все, что привез,
превозносит: "Щука, горбыль, ставрида!.."

Солнце равнинную сушит траву,
ветряк, стоянку, три перечных дерева,
пригорки, траву, пригорки, траву,
ветряк, стоянку, два перечных дерева;

в Умбило - тутовые дерева,
павлин в ядовито-синем уборе,
шесть башен мечети, пыль, синева,
сезонники, даль плантаций, море.

Он вместе с зулусами ходит на лов
зверья и птиц, расставляет проворно
силки для диких перепелов,
падких н











Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.