Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
Д / Дидерик Йоханнес Опперман /
Ночной дозор



пощадный свет.

Тот счастлив, кого обделила судьба
тоскою, алчбой, нечистой жаждой,
обращающими человека в раба, -
я знаю теперь, что должен каждый
тяжесть нести своего горба.

Быть может, меня самолет умчит,
и я доберусь, концлагерь покинув,
в Йоханнесбург, в страну пирамид,
в Брюссель или даже в страну браминов,
где в воздухе запах кэрри разлит?

Но грязь только грязный оставит след,
и чистое всюду пребудет чистым, -
назначен срок до скончания лет:
сцене меняться дано и статистам,
но драма та же, прежний сюжет.

Пусть годы плачет по мне тюрьма,
пусть век доживу бестревожно даже,
но сведет меня вечный голос с ума:
"Ты виноват не только в краже,
ты человека убил у холма".

Я мерзостен, я утопаю во зле,
я дьявольской не избег приманки, -
я возвращусь в предрассветной мгле,
брат Бен, я найду твои останки
и ладони сложу на твоем челе".

И предстал наутро глазам охраны
человек возле трупа, молившийся за
Бракфонтейн, за Брюссель, за дальние страны,
хризантемы втыкавший в ноздри, в глаза
и в разверстые раны.

ПИНИЯ

Как выполз город сей из пепла груды черной?..
К отелю медленно скользит автобус наш.
Разверзся вестибюль, мы топаем покорно,
Вот - прилипалы нас берут на абордаж:
Открытку? План? Буклет? Вот видовой, вот порно...
"А ну отсюда!.." - гид легко впадает в раж,
И начинает речь: "Вон там Везувий, конус..."
Я к старой памяти в душе сейчас притронусь.

Отец дорисовал очередной эскиз.
Взрыв шахты. Паника. Пейзаж угрюм и выжжен.
Подобно пинии, начавшей тлеть, повис
Раздутый черный гриб, пугающ и напыжен,
Краями загнутыми оседая вниз.
"Так не бывает" - говорю. Отец обижен,
И говорит: "Глоток от мудрости отпей.
Прочти у Плиния о гибели Помпей.

Ты просишь описать часы кончины дяди.
Мне помнится, жара была к исходу дня.
Он отдохнул, поел, работать лег в прохладе.
Но присмотреться мать принудила меня
И дядю - к пинии, всплывающей громаде
Там, над Везувием - из пепла и огня.
Растенье жуткое он взором вмиг окинул,
И от Мизены флот спасать бегущих двинул.

Все выше пламенная крона, все белей,
И в грязной зелени - чадящих искр все боле.илей;
Забарабанили, неведомо отколе,
Обломки пемзы по навесам кораблей
Как бы чешуйками горящих пиниолей.
Астматик-дядя диктовал до той поры,
Покуда мог вдыхать небесные пары".

"А дальше?" - "Тацит, что ж, внимай, коль хватит духа.
Уже была вода морская горяча,
Тряслись дома, повсюду множилась разруха,
Мать все хотела сесть, в отчаяньи крича,
Чтоб я бежал один, что, мол, она - старуха.
Я обхватил ее за дряблые плеча.
"Нас могут затоптать, давай свернем с дороги".
Мы через луг пошли, люпиновый, отлогий.

Удушье, кашель, нет воды... Но мы бредем.
Все ржанием полно, мольбами, криком, лаем,
Под низвергающ


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31









Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.