Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
Д / Дидерик Йоханнес Опперман /
Ночной дозор



щук,
когда-то учитель, - сидит в трактире,
три кварты выдув, может, четыре, -
коротая печальный нетрезвый досуг.

Там Стоккис де Вал и Кос Хундертон,
там Герт Кетулпи - стар, изможден, -
там Виллем Кук с Петрусом Пуром,
с Берсом ван Зейлом, болтуном-винокуром, -
он-то и платит за выпивон.

"Ни выдоха без выпивона, ни вдоха,
эх, и мутит же тебя выпивоха!
Качкой умучено брюхо твое, -
ну да едва почнешь питье,
качка пройдет, и станет неплохо.

Слыхали - даче Дорс Дуббелдоп,
Дорс Наливай-по-второй, утоп.
Погода, ни зги не видать, виновата,
да и сеть, похоже, тяжеловата, -
так-то последний куш и огреб.

Кто же в воскресный день, сгоряча,
возле купальщиков топоча,
с собакою в пляску пойдет неуклюже, -
чья же улыбка сверкнет не хуже,
чем вывеска зубного врача?..

Другого не будет... А впрочем, вздор.
Для всех для нас - один приговор,
с незапамятных лет стихия морская
шумит, рыбаков из глубин отпуская.
Такая судьба, такой коленкор".

*

Смерти привычны такие штуки.
Дорс отошел, и достался Луки
красный галстук, - а воскресный наряд
и свитер взял себе Луви Лат,
Мекки - вельветовые брюки.

На пятый день, чуть взошел прилив,
явился Дорс, до дома доплыв
без челнока, без паруса даже, -
появился впервые на общем пляже,
словно купальщик - строен, красив.

Явился Дорс к пепелищам отчим,
подобно тем, с "Биркенхэда", и прочим,
лишь достались креветкам глаза и нос -
словно гурманам с "Дос Милагрос",
до деликатесов охочим.

Испугались купальщики - только ль они?
Луви Лат отбросил край простыни,
потому как бояться мертвого - глупо, -
и, хоть море сорвало сандалии с трупа,
опознал его большие ступни.

Под вечер из Барскибоса пришли,
из поселков других - вблизи и вдали -
братья и сестры путем печальным,
друзья и подруги с питьем поминальным, -
ибо рыбак доплыл до земли.

"Маловеры, зачем потупляете взор?
Великая тишь нисходит в простор".
"Часы, недели, месяцы, годы..."
Листва летит, шум непогоды.
"День Господень приходит как вор".

Мы в глине его схоронили сырой,
близ моря поставили в общий строй:
с Тейсом Фоелом, дедушкой Квикли Книпом,
с Джеком Хоррисом и Фердинандо Випом -
спит сегодня и Дорс Наливай-по-второй.

Все так же под утро назад, к "Джоанне",
возвращаются призраки-англичане,
на "Биркенхэде" ржут табуны,
и птицы морские в небе видны -
треугольники траурных писем в тумане.

Все так же сверкает луч маяка
от мыса Дейнджер - исподтишка
мы ищем звезды в небе над морем,
вслушиваемся и тихонько вторим
разговору прибрежного тростника.

ГОЛОС НИОТКУДА

Здесь, в пустоте земли, я столько лет живу:
здесь черный воздух, черная вода,
я волосами весь зарос, и ногти, закруглившись,
длиннее пальцев стали;
по ле


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31









Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.