Classic-Book
БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
 А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 


 
А / Алексей Годин /
Секретная музыка



и неспокойны.
На набережной парусиной ветер Трещал, я чайку мертвую увидел У волнолома, садилось солнце.
Вода как будто что-то отражала, Но роль свою забыла, и журчанье Уже невразумительно цедила.
Как первенец, отчаливший последним, Моя любовь с надеждой умирали, А жизнь и кончилась, и продолжалась.
Друзья с ушами, душки серафимы! Утеха сфер, начальники эонов! Махая крыльями и сокрушаясь,
Сокрылся образ ангельского чина, И выполнив предписанные сроки Мы возвращаемся в исходное безличье.
Я шел домой, и хлопали тугие Парадных двери - мертвецы, вестимо, Спешили встретиться с друзьями,
Из темных окон раздавалась свара За место прожитой несчастной жизни, И мне навстречу плыли косяками
Жильцы гробов, насельники кладбища, Бельмом сияя, что варена рыба, Могильников ближайших горожане,
Они толпясь совали всюду руки И шаркали расслабленно ногами. Где пролегла прогулка роковая
Роилась их порука круговая. Темнело. Я домой вернулся в чувствах Расстроенных, в волнении дичайшем.
Вы дети, ты жена, моя душа Объята ужасом! и гибелью полна. Смертельно то, чему я очевидец.
Но уж за окнами металась буря, Волна толкнула в бок гранитный берег И хлынула на улицы, сметая
Наследье дней, которые мы знали; Дыбя гнедого, как ему пристало, По волнам царь разгневанный носился,
Второй за ним, позвякивая креслом, А мраморные львы сбивались в стаи, Мяуча дико; безголовый ангел
За вереницей белых серафимов С крестом летал над черною Невою Безумие картины довершая.
Они утихли, вволю побуянив. На кухне Дант с женою пили вина, Он говорил: "Я видел эти виды
В адах естественных", и вскоре некто Его увел, и пустота замкнулась. Тьма обступила все и сжала город,
И будто в пустоте она взрываясь На стогны черный свет бросала. Покойных ветром в море уносило.
Мосты свели, волнение утихло. Мело, снежинки падали на землю, Беззвучно ожидавшую кончины.
Ничем погибель не знаменовалась.



x x x
Мессала. Ты летишь по блеющим волнам, Петропольская ночь насквозь озарена Зияньем колтуна обратной Береники. И пьяных мертвецов перерывают клики Злой хохот эвменид - ты слышишь на реке Как крепнет голос их в предутренней тоске, В летейской черноте. В болотистом Аиде Я жертвы принесу мерцающей Киприде, Чтобы вела тебя, как некогда блесной За равнобедренной и пылкою весной, Прелестниц разводя на пылкости напрасны, В плену измены той, что отравит соблазны, Златые времена! Скрипящая кровать Томимой Делии, где некогда страдать, Прогулки с Цербером, приемы Персефоны, На небе чудные рублевские плафоны, На стогнах городских архангелов посты И через Стикс ночной понтовые мосты - Я Лету пью со льдом, но не забыть такое!.. Пусть жилы боевой биение тугое Среди иных стремнин, куда я так попал, - Суровый славянин, в гробу я их видал, - Пробудит Миноса дворцовые угодья, Что возле Гатчины, в летейски половодья Там Делия жила и мучила свирель, Пытаясь превозмочь доставшую капель. Там мох благоухал и ели трепетали, Я за базаром н


1 2 3 4 5 6 79 10 11 12 13 14









Classic-Book.ru © 2004—2009     обратная связь     использование информации

Если вы являетесь автором и/или правообладателям любых из представленных
на сайте материалов, и вы возражаете против их нахождения в открытом доступе,
сообщите нам и мы удалим их с сайта.