овенно не думаем о том, чтобы стать глубокими. И очень напрасно.
Но еще более любопытным моментом представляется, на мой взгляд, связь широты с высотой кругозора. Дело в том, что, раздвигая спектр широты, мы тем самым и копаем глубже, то есть увеличение широты будет соответствовать оптимальному обзору, оптимальной высоте и глубине усвоения. Вот эта зависимость широты (естественно, при раздвижении ее до оптимальных границ) очень ярко выражается в так называемом принципе группирования знаний в культурологические группы.
Как ни странно, мы позаимствовали этот принцип из спортивного дела, которое обычно сейчас на Западе называют coaching, то есть тренированно, тренерская работа. Вы, наверное, имеете представление о так называемом эффекте тренажера? Мы отбирали количество одновременно изучаемых предметов по этому же принципу, что приводило нас к гораздо более серьезным результатам, чем в случае занятий одним-единственным предметом отдельно.
Как создаются культурологические группы? Совершенно по другим принципам, нежели, например, классифицируются языки. Романская группа, германо-романская группа, если взять шире, классифицируется по лингвистическим признакам. Выбирая для изучения такие языки, как английский, немецкий, французский, мы ориентируемся не только на то, что в каждом из них масса заимствований друг из друга, но и на огромное количество культурных феноменов, которые связывают их носителей.
Мы определили движение как морфологический орган человека, а также высшего животного. Сейчас, повторяя эту фразу Бенедикта Спинозы, я надеюсь, мы обдумали ее и понимаем, что движение есть не что-то метафизическое, а орган, понимаемый как у Жюльена Ламетри, который говорил, что человек - это машина. Такая интроспективизация, то есть система всматриваний в себя, в себя реально что-то чувствующего, и даст возможность приобрести совершенно реальные рычажки, кнопочки, конечно, в кавычках, которые мы будем нажимать, чтобы научиться с легкостью управлять нашими представлениями. Как управлять - это уже второй вопрос. Сначала нужно приобрести как бы hardware, то есть сам компьютер, потому что мы, имея голову, часто не умеем ею пользоваться. И это, по-моему, самый большой грех современного человека. Получив в распоряжение огромное количество, -процитирую уже покойного, к сожалению, Фридриха Дюрренматта, - протезов (ведь поезд - это тоже протез, потому что человек приспособлен передвигаться с помощью ног, а поезд - это придумка, которая служит для замены ног), человек даже для головы приспособил протез. А что такое по-вашему компьютер? Это очень совершенный протез. Но голова ведь все равно в несколько миллионов, наверное, раз совершенней, чем самый совершенный компьютер сегодня. Доказать? Почитайте о парадоксе эксперта, и вы получите исчерпывающее подтверждение моей мысли. Когда эксперту говорят, что он обгонит машину, он не верит, и вдруг обгоняет. Удивительно? А дело в том, что машина "перелистывает" информацию всегда, а эксперт никогда. Потому что о