Владимир Гиляровский. Трущебные люди
---------------------------------------------------------------
OCR: Феликс Янковский
Сборник 1956 Т2 стр 21-99
---------------------------------------------------------------

ЧЕЛОВЕК И СОБАКА
- Лиска, ляг на ноги да погрей их, ляг!--стучаот холода зубами, проворчал нищий, стараясь подобрать под себя ноги, обутые в опорки и обернутые тряпками.
Лиска, небольшая желтая культяпая дворняжка, ласково виляя пушистым хвостом и улыбаясь во весь свой ротик с рядом белых зубов, поднялась со снега и легла на закорузлые ноги нищего.
- Эх, Лисичка! и холодно-то нам с тобой и голодно! Кою ночь ночуем на морозе, а деваться некуда... В ночлежных обходы пошли, как раз "к дяде"' угодишь, а здесь, в саду, на летнем положении-то, хоть и не ахти как, а все на воле... Еще спасибо, что и так,подвал-то не забили... И чего это в саду дом пустует: лучше бы отколотили доски да бедных пущали... А вот хлебушка-то у нас с тобой нет... Ничего, до лета по терпим, а там опять на вольную работу, опять в деревню косить пойдем и сыты будем... В лагеря схо дим... Солдаты говядинки дадут... Наш брат солдат собак любит... Сам я вот в Туречине собачонку взял Щенком в лесу, как тебя же, выкормил, выходил и офицеру подарил. В Расею он ее взял... "Чудаком" звали собаку-то. Бывало, командир подзовет меня и спросит:"Как звать собаку?" - "Чудак, мол, ваше благородие!"ен, покелича не поймет, и ооижается, думает, егочудаком-то зовут... Славная собака была!.. Вот и тебя,как ее, тоже паршивым щенком достал, выкормил, да на горе... Голодаем вот...Лиска виляла хвостом и ласково смотрела в глаза нищему...
Начало светать... На Спасской башне пробило шесть. Фонарщик прошел по улице и потушил фонари. Красноватой полосой засветлела зорька, погашая одну за Другой звездочки, которые вскоре слились с светлым небом... Улицы оживали... Завизжали железные петли отпираемых где-то лавок... Черные бочки прогромыхали... Заскрипели по молодому снегу полозья саней... Окна трактира осветились огоньками...
Окоченелый от холода, выполз нищий из своего логова в сад, послюнил пальцы, протер ими глаза, заплывшие, опухшие,- умылся - и приласкал вертевшуюся у ног Лиску.
- Холодно, голубушка, холодно, ну полежи, милая, полежи ты, а я пойду постреляю' и хлебушка принесу... Ничего, Лиска, поправимся!.. Не все же так...Только ты-то не оставляй меня, не бегай... Ты у меня, безродного бродяги, одна ведь. Не оставишь, Лиска?
Лиска еще пуще заюлила перед нищим и по его приказанию ушла в логово, а он, съежившись и засунув руки в рукава рваного кафтана, зашагал по снегу к блестевшим окнам трактира...
*
- Сюда, ребята, закидывай сеть, да захватывай подвал, там, наверное, есть! - командовал рыжий мужик шестерым рабочим, несшим длинную веревочную сетку вроде невода.
Те оцепили подвал, где была Лиска.
Она с лаем выскочила из своего убежища и как раз запуталась в сети. Рыжий мужик схватил ее за ногу.