лась, но что делать? Не беспокойся за меня.
- Интрижка? - проговорила она с расстановкой.
- От этого не умирают.
Она выпрямила грудь и откинула волосы с лица.
- Я сегодня не спала ночь. Это было самое ужасное - решить. Я никогда не забуду этого.
Надо было кончать как можно скорей.
- По совести говоря, - сказал он, храбро глядя ей в глаза, - эта история мне самому немного надоела. Слишком долго - целых два месяца.
Она встала.
- Что ты сказал? Надоела?
- Да.
- Вот как? Это для меня новость.
- Ну что ж!
- Я думала, что ты меня любишь.
- Хм. Я не знал, что ты придаешь этому такое значение.
Она нервно стиснула руки.
- Это неправда, - воскликнула она, волнуясь. - Неправда, слышишь? Ты любил меня все время. Ну, скажи, любил?
В нем горячо забилась кровь. Какой вздор, - конечно, любил и больше всего - в эту именно минуту.
- Немножко, - сказал он из последних сил.
- Матвеев, неправда!
- Я просто забавлялся. В Чите нечего было делать.
- Ты сейчас это придумал?
- Ну как хочешь.
Он с удивлением заметил, что у нее выступили слезы.
- Как это гадко, - сказала она порывисто. - Значит, ты смотрел на меня как на вещь, на пустяк? Ты шутил со мной? А я так волновалась, когда шла к тебе!
Она волновалась! Матвеев взглянул на нее холодными глазами и с горечью подумал о своей смешной и глупой судьбе. Но он не хотел казаться смешным.
- Я не хуже и не лучше других мужчин на этой грешной земле. Пахло жареным, и мне хотелось попробовать, - сказал он тоном опытного развратника.
Ее брови высоко поднялись, и несколько минут она разглядывала его, как нечто новое.
- Однако, - медленно проговорила она, чувствуя себя униженной и глубоко несчастной. - Я никогда не думала, что была такой дурой. Надеюсь, между нами все кончено?
Он сказал, точно спуская курок:
- Все кончено.
Когда она ушла, он долго сидел на кровати, обхватив колени руками, и думал. Думал больше о себе, чем о ней, и все казалось ему новым, необычайным, пугающим.
Он погладил свою изуродованную ногу, оглядел костыли и вздохнул. Смешно подумать, он как будто не замечал этого раньше. Это надо было предвидеть, - ведь странно, чтобы молодая хорошенькая девушка вышла за него замуж, когда на свете столько ребят с крепкими руками и ногами... Теперь его место в обозе, - и она указала ему на это.


ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ОТКЛАДЫВАЕТСЯ

Через два дня он узнал, что такое настоящая скука. Это было как болезнь. Каждый час ложился на него непереносимой тяжестью, и к концу дня он чувствовал себя разбитым, как после хорошей работы. У него пропал сон и поднималась температура; Варя говорила - лихорадка, но Матвеев знал, что это такое. Безайс честно старался развеселить его и выдумывал какие-то игры, от которых скука становилась прямо-таки невыносимой. Он был повален и лежал на обеих лопатках, лицом вверх. Один раз он унизился даже до того, что стал строить домики из коробок. Безайс принес карты, и они сели и