корней волос, - хорошо, вечером не видно. Отодвигается от баловницы, а та его крепко держит, - не пускает.
- Ну, куда ж ты, миленький, убегаешь? Ну и женишок, - шутит она.
Чувствует Павка плечом ее упругую грудь, и от этого становится как-то тревожно, волнующе, а кругом смех будоражит обычно тихую улицу.
Павка упирается рукой в плечо Галочки и говорит:
- Ты мне мешаешь играть, отодвинься.
И снова взрыв хохота, поддразнивания, шутки. Вмешивается Маруся:
- Павка, сыграй что-нибудь грустное, чтобы за душу брало.
Медленно растягиваются меха, пальцы тихо перебирают. Знакомая всем, родная мелодия. Галина первая подхватывает ее. За ней - Маруся и остальные:

3iбралися всi бурлаки
до рiдноп хати,
тут нам мило,
тут нам любо,
в журбi заспiвати

И уносятся вдаль, к лесу, звонкие молодые голоса, поющие песню.
- Павка! - это голос Артема.
сдвигает меха гармоники, застегивает
Павка ремни.
- Зовут, я пошел.
Маруся говорит упрашивающе:
- Ну, посиди еще, поиграй немного. Успеешь домой.
Но Павка спешит:
- Нет. Завтра еще поиграем, а сейчас идти надо. Артем зовет, - и бежит через улицу к домику.
Открыв дверь в комнатку, видит - за столом сидит Роман, товарищ Артема, и еще третий - незнакомый.
- Ты меня звал? - спросил Павка.
Артем кивнул на Павку головой и обратился к незнакомцу:
- Вот он самый и есть, братишка мой. Тот протянул Павке узловатую руку.
- Вот что, Павка, - обратился Артем к брату. - Ты говоришь, что у вас на электростанции монтер заболел. Завтра узнай, не примут ли они на его место знающего человека. Если нужно, то придешь и скажешь.
Незнакомец вмешался:
- Нет, я дойду с ним вместе. Сам с хозяином и поговорю.
- Конечно, нужно. Ведь сегодня станция и не пошла, потому что Станкович заболел. Хозяин два раза прибегал - все искал кого-нибудь заменить, да не нашел. А пускать станцию с одним кочегаром не решился. А монтер тифом заболел.
- Ну вот, дело и сделано, - сказал незнакомец. - Завтра я за тобой зайду, и пойдем вместе, - обратился он к Павке.
- Хорошо.
Павка встретился с серыми спокойными глазами незнакомца, внимательно изучавшими его. Твердый, немигающий взгляд несколько смутил Павку. Серый пиджак, застегнутый сверху донизу, на широкой, крепкой спине был сильно натянут - видно, хозяину он был тесен. Плечи с головой соединяла крепкая воловья шея, и весь он был налит силой, как старый коренастый дуб.
Прощаясь, Артем проговорил:
- Пока, всего хорошего, Жухрай. Завтра пойдешь с братишкой и уладишь все дело.
Немцы вошли в город через три дня после ухода отряда. Об их прибытии сообщил гудок паровоза на станции, осиротевшей за последние дни. По городу разнеслась весть:
- Немцы идут.
И город закопошился, как раздраженный муравейник, хотя давно все знали, что немцы должны прийти. Но в это как-то слабо верили. И вот эти страшные немцы не где-то идут, а уже здесь, в городе.
Все жители прилипли к заборам, к